Правила крипто-индустрии в Южной Корее

Полуденная Корея — одно из самых образованных сетевых государств и главная экономика Азии, популярная своим собственным научно-техническим бизнесом. Вполне логично, что государство стало пионером в блокчейн-индустрии. В погоне за развитием распределенного реестра в Корее существует также нелокальная торговля криптовалютами, которая вскоре захватила славу жителей державы. Эта личность, вероятно, трогает молодых корейцев, как будто они одобряют избирательные опросы.

Корейская вона по-прежнему остается одним из самых любимых Фиатов SLE для обмена на биткоины, желая для смысла конца 2017 года это далеко не так. После падения базара и разгрузки шумихи корейская криптовалютная биржа потеряла 1 в 10-х годах по размеру торговли и вылетела с рынка к конкурентам из Китая, США и Японии, пожелав, чтобы имена оказались спасительными фаворитами точки зрения.

В то же время корейская администрация сумела пройти долгий путь от полного отказа от криптовалют, чтобы понять необходимость корректировки отрасли и принять более тесную категорию мер в этом направлении. Но функциональное обсуждение содержания предстоящего законодательства о криптовалютах все еще продолжается.

Криптовалюты: запретить или разрешить?

Процесс регулирования криптовалют в Корее оказался официальным в ноябре 2016 года, как только по инициативе Корейского валютного стабилизатора — комиссии по денежным предложениям (FSC) — в руководстве была создана межведомственная категория, которая стала главным центром по заключению анкеты о легализации криптовалют. Помимо ФСК, в эту категорию входит его подразделение-работа денежно-кредитного надзора (ФСС), а также Банк Кореи, Министерство стратегии и денег и другие соответствующие ведомства.

1-я редакция закона о криптовалютах была предложена летом 2017 года Пак Ен Чжином, членом Корейского рейхсрата — Государственного кладбища. Вероятно, существовал план восстановления в «законе о сделках с электрическими деньгами», согласно которому все участники крипто-имущественной торговли обязаны зарегистрироваться в FSC, зарегистрировать залоговый капитал и пропустить идентификацию.

Эта инициатива не оказала никакого влияния на предстоящее формирование. Вместо этого в сентябре FSS бережливо запретила корейским фирмам жить по основным правилам монет (ICO) из-за опасности мошенничества и отмывания средств. Тогда к обсуждению предстоящей криптовалюты подключилось Министерство юстиции, которое сыграло роль» злого полицейского»: глава Министерства Пак Чин-Ки заявил в декабре, что министерство работает над законопроектом о запрете торговли криптовалютами-с целью»защиты игроков». Возможно, это заявление разрушило обменный курс биткоина, и на базаре заговорили о» странном сценарии » в Корее.

Павел Щипанов, управляющий директор аналитического и исследовательского отдела фонда ICBF, считает, что такой запрет был инициирован желанием администраций взять ситуацию под контроль: «практически все страны, которые в настоящее время находятся под следствием для получения выводов в соответствии с регулированием криптовалют, одними из первых воспринимают запретительные меры. В категории вариантов это, вероятно, связано с желанием неестественно притупить процесс становления блокчейн-экономики, до тех пор, пока она не станет хозяйкой страны, чтобы заказать ограничения вместо страны.»

Министр юстиции Кореи публично подтвердил свой собственный тезис в январе, после чего последовали полицейские рейды на криптобиржи bithumb и Coinone. Вероятно, вынужденный идти в контратаку врагов полный запрет со стороны финансового блока руководства страны. В тот же день Министерство стратегии и денег опубликовало заявление, в котором заявило, что узнало о приказе Минюста из СМИ и прямо возразило: «мы не разделяем точку зрения Минюста на возможный запрет торговли криптовалютами», — сообщает РИА Новости.

Ситуация была нарушена на самом высоком уровне. Через некоторое количество дней адепт власти президента Кореи сделал заявление. Он сообщил, что Минюст лишь изложил приказ, который будет рассмотрен межведомственной комиссией, подчеркнув, что руководство будет «угрожающе гнать неизвестную торговлю криптовалютами». Опасности полного запрета на криптовалюты удалось избежать, но вопрос о гранях регулирования остался на повестке дня.

Кнут и пряник для криптобирж

Одним из первых шагов «новых политических деятелей» стало введение запрета на неизвестную торговлю, который вступил в силу еще ближе к 30 января. Только через неделю 3 крупнейших корейских банка выступили с отчетом о переводе на специальные лицевые счета более 10% торговых партнеров криптовалюты. Глава ФСС высоко оценил это направление, публично заявив, что администрация продолжит помогать «обычным операциям» с криптовалютами.

Правящий партнер и руководитель блокчейн-практики юридической коллегии» град » Горький Аграновский подчеркивает, что борьба с анонимностью, вероятно, является «глобальным желанием»: «для совершения афер с криптовалютами и операций в лавках с валютными лекарствами, приобретенными у криптоторга, при превышении самых незначительных границ криптобиржи и лавки отжимают информацию у игроков для проведения операций KYC и AML. Вероятно, есть возможность затормозить розыгрыш мошенников с криптовалютами на определенную сумму, но в целом это считается непогрешимым преображением.»

На фоне завышенного энтузиазма администраций в отношении криптовалютной отрасли была активирована Корейская ассоциация блокчейн-индустрии (KBA), к которой присоединяются криптовалютные биржи страны. В апреле КБА определил набор топ-менеджеров для торговых площадок, которые обязаны начать бывальщины по саморегулированию образователя.

Бывальщина обещает идентифицировать всех пользователей, защищать ситуацию от операций в течение 5 лет, отслеживать и пресекать подозрительные операции. Любая биржа была обязана взять под контроль местонахождение последних монет, а компании-эмитенты для листинга стали вынуждены свидетельствовать о наличии личных средств на сумму не менее 2 млрд вон (примерно $1,75 млн), а зачастую и давать бирже экономические отчеты.

КБА создал рабочую категорию, которая инициировала проверку 14 крупнейших криптобирж на соответствие новоиспеченным правилам. Желая, чтобы 12 из них прошли тест к июлю, аудиторы КБА подверглись критике за то, что они не провели никаких проверок системы кибербезопасности. В целом, в последнее время тестирование киберзащиты торговых площадок стимулировалось муниципальными структурами.

Есть основания опасаться бывальщины, так как хакеры несут значительный вред корейской торговле криптовалютами. Так, только в июне нарушители закона украли со счетов Bithumb около $30 млн,а Coinrail-около $ 37 млн.. В декабре 2017 года, после вторичной кибератаки, злодеи похитили 17% всех активов крупнейшей криптобиржи Youbit по этому эпизоду. Торговая платформа смогла компенсировать только 75% потерь, после того как обанкротилась.

Администрации по-прежнему внимательно следят за происходящим из-за своих обменов мнениями. В марте были проведены обыски на 3 биржах,а в апреле полиция заключила под стражу нескольких топ-клерков платформы Coinnest, заподозрив их в преступном присвоении покупателями лекарств на 10 миллионов долларов. Через месяц аналогичная ситуация произошла и с крупнейшей биржей upbit.

Правовой статус криптовалютных бирж остается мрачным. В настоящее время они проходят обучение в Корее в качестве инструкторов по коммуникациям, а не в качестве торговых платформ,поэтому они не подпадают под законные требования денежного законодательства.

В июне экономическая разведка Кореи объявила, что закон вместе с делегатами Государственного собрания легализует крипто-имущественные биржи, приравнивая их к платным скамейкам, с целью уничтожения этого конфликта. В июле стало ясно, что сразу ряд министерств работают над изучением классификации организаций в блокчейн-индустрии, а криптобиржам отводится роль торговых и брокерских платформ в них. «Вполне возможно, что в полуденной Корее криптовалюты будут систематизированы как»денежные активы». В этом случае государству необходимо будет принять соответствующее регулирование обращения, учета и налогообложения таких денежных активов», — убежден старший юрист юридической фирмы «град» Горький ручей.

Возвращение ICO

Несмотря на запрет, токансел имеет все шансы быть допущенным в будущем. В мае этого года категория делегатов во главе с адептом правящей Демократической партии Кореи объявила о своих намерениях в соответствии с внесением законопроекта, который позволил бы ICO жить «до контроля руководства». Фаворит этой категории директоров, Хон Эй рачок, объявил, что их основная цель — «помочь свести на нет путаницу, с которой столкнулись фирмы блокчейн-индустрии.»Согласно законопроекту, ICO должны будут проводиться публичными фирмами, прежде чем контролировать FSC, и их целью будет формирование DLT-разработок. На форуме, посвященном законопроекту, выступил также спикер рейхсрата Кореи кои, заявив, что » блокчейн и криптовалюты имеют все шансы быть использованными <…> для хороших целей.»

Вероятным компромиссом для регулирования ICO является возможность запустить мысль мэра корейской периферии Чеджу, расположенного на аналогичном полуострове. Глава района еще в августе выступил с предложением создать на полуострове необычную зону для проведения токенсейлов в соответствии со сходством с «криптодолиной» в Швейцарии.

Павел Щипанов из ICBF считает, что предстоящий закон о криптовалютах, если он будет принят всеми, будет предусматривать вопросы регулирования ICO в виде обещаний по защите игроков, борьбе с отмыванием средств, сохранению криптобирж для противодействия кибератакам и даже адаптированных учений по запуску блокчейн-планов.

В русле политических деятелей » Великой двадцатки»

Легализации криптовалют в полуденной Корее способствует организация государств «Большой двадцатки» (G20), членом которой считается Корея.

В марте этого года в Москве и Буэнос-Айресе состоялась встреча министров финансов и глав основных банков G20. В коммюнике, в соответствии с итогами саммита, говорилось, что криптоактивы готовы «увеличить доходность и увеличить проникновение в денежную систему и экономику», а также указывался источник процесса подготовки международных стереотипов для регулирования криптовалютной отрасли.

Крайний срок для проведения исследований услуг был установлен на июль. В начале месяца появилась информация, что, в соответствии с выводами саммита G20, корейский валютный стабилизатор FSC изучает исследование «единых повелителей» для обслуживания криптовалютных бирж. Еще одним результатом стало известие о том, что Министерство стратегии и денег Кореи делает заказ в соответствии с введением налогообложения криптовалют. По мнению Горького Брука, «невозможно себе представить, что в полдень Корея примет поправки в налоговое законодательство с целью снятия криптобирж с субъектов приобретения коллективных налоговых льгот, а также, возможно, введет налог на прибыль от продажи криптовалют.»

Второе заседание монетарных администраций «Великой двадцатки» состоялось в конце июля. В акте, по его итогам, было объявлено, что» криптовалюты не несут в себе угрозы массовой денежной стабильности», а специальное подразделение организации опубликовало проект международного стандарта регулирования криптоактивов. В преддверии саммита корейская FSC объявила о создании Бюро монетарных инноваций — единого подразделения, которое будет сосредоточено на внедрении и формировании блокчейн-индустрии и криптовалют.

Полуденная Корея была рада видеть теорию «4-й промышленной революции», провозглашенную на глобальном финансовом форуме в 2016 году, которая все еще принимала блокчейн-часть этого процесса. Так, в конце мая стало ясно, что благодаря изучению законодательства в области блокчейн-индустрии и, в частности, законов об ICO и криптовалютах в Госсобрании Кореи, намеренно сделанный Совет «4 industrial revolution»станет серьезным.

А в июне администрации Кореи и США объявили о соединении напряженных отношений в соответствии с формированием информационно-коммуникационных разработок. Помимо блокчейна, эти силы помогут в формировании числовой экономики, мобильной связи и искусственного происхождения разума. Соучредители пресс-конференции по этому явлению сообщили, что «это, пожалуй, главный ресурс 4-й промышленной революции».

По дороге в » белоснежную зону»

Желая, чтобы криптовалютный базар полуденной Кореи не тянул за собой никаких привилегированных эпох, администрации и бизнесмены будут активно участвовать в разработке законного места для обслуживания «числовых фондов». Силуэты будущих сверхправителей можно отметить более подробно на данный момент: деанонимизация торговых партнеров, налогообложение, управляемые ICO и защита преимуществ игроков.

Корейская администрация активно направляет не только блокчейн-общество и универсальные организации на легализацию рынка криптовалют, но и самих госслужащих. В начале августа глава монетарного стабилизатора FSC также обратился с желанием принять закон о криптовалютах «как можно скорее», демонстрируя веру в то, что делегаты примут закон к концу этого года.

«Экстремальные тенденции говорят всем, что корейское руководство повернулось лицом к крипто-коммерции: услуги проводятся в соответствии с упрощением государственных операций по блокчейн-планам, организуются муниципальные курсы, которые преподают основы развития блокчейна и криптоэкономики», — сказал Павел Щипанов. По его словам, » вполне возможно, что стереотипы Кореи смогут масштабироваться до остальных универсальных фирм, как будто базар их непременно поторопит.»

Горка Аграновская добавляет, что руководство Midday Korea «планирует равномерно снизить контроль над криптовалютным разделом, отождествляя себя с криптовалютной стратегией G20″, а также»рассматривает возможность совместной работы с другими странами в этом вопросе — например, с Китаем». Так, в июле 2018 года державы заключили соглашение о совместной работе в сфере денежно-кредитного надзора из-за рынка криптовалют: «в этих отношениях можно предположить, что Китай, действуя по той же логике, что и главы Миддейской Кореи, захочет перетряхнуть собственную сделку по частичному запрету рынка криптовалют в новостях», — констатирует эксперт.

bit44.org

Обязательно подпишитесь на наш Telegram канал

ПОДПИСЫВАЮСЬ
ПОТОМ